source: Robert-Havemann-Gesellschaft/Dirk Vogel
back to List

Арам Радомски

born 1963 in Нойбранденбуге

Ключевой эпизод своей «гедеэровской» биографии Арам Радомски пережил в феврале 1983 г. незадолго до своего двадцатилетия. Он учился тогда в Плауэне. На карнавале в доме культуры познакомился с двумя девушками, угощал их вином. Вдруг, ни с того ни с сего, к нему подошли двое верзил, схватили его, выволокли из зала и жестоко избили ногами. Оказавшиеся рядом люди вызвали скорую. Но верзилы, не дожидаясь ее приезда, запихнули Арама в машину. Он потерял сознание.

Через несколько дней со следами побоев на лице Арам Радомски предстал перед судом по обвинению в «сопротивлении органам государственной власти». Он надеялся отвести от себя ложное обвинение. Однако судья вопросов не задавал и свидетелей приглашать тоже не стал. Приговор - одиннадцать месяцев тюрьмы - был впоследствии смягчен судом вышестоящей инстанции до шести месяцев. Арам Радомски отсидел их от звонка до звонка. Покидая тюрьму, расположенную в Цайтхайне под Ризой, он оглянулся, хотя сокамерники и предупреждали его, что это плохая примета. Но он не мог не взглянуть на это здание, в котором похоронил шесть месяцев жизни. 

Арам Радомски чувствовал себя невинно осужденным и твердо решил отомстить режиму. Позднее он узнал, что вся история с самого начала была инсценирована «Штази» с целью оказать давление на его отца - писателя Герда Нойманна - и заставить его уехать из страны. 

Радомски переехал в Берлин. Зарабатывал на жизнь фотографией. Он изготавливал фотографическим методом то, что в ГДР невозможно было купить в напечатанном виде. Огромной популярностью пользовалась, в частности, сделанная им наклейка «Сохраняйте дистанцию!» 

Осенью 1988 г. к нему обратился диссидент Зигберт Шефке, рассказав, что тайно работает на западногерманское телевидение - снимает для передачи «Контрасты» репортажи из мест, недоступных для западных журналистов - и добавил, что ищет оператора: «Мне нужен человек, умеющий обращаться с камерой и определять, какие кадры подходят, а какие не подходят для телевидения». Радомски: «У меня тогда мгновенно пронеслась в голове мысль: «Вот оно! Достойная деятельность; не какая-то дешевая месть, а борьба за правое дело. Все это может кончиться тюрьмой. Но здесь я, по крайней мере, буду знать, за что сижу». И он согласился.

Они поехали на восток страны, туда, где режиму было что скрывать: в Биттерфельд на озеро Зильберзее, куда местный химкомбинат сливал ядовитые отходы; в Эспенхайн, где добыча бурого угля нанесла ощутимый ущерб окружающей среде. Они ездили по региону, снимая пришедшие в упадок города.

Свой самый эффектный репортаж они сняли в 1989 г., когда тысячи людей вышли на улицы Лейпцига, чтобы принять участие в демонстрациях протеста. Власти ГДР строжайшим образом запретили тогда западным корреспондентам приезжать в Лейпциг. Шефке и Радомски снимали происходящее с пешеходного моста над проспектом, по которому шла демонстрация (стоявших рядом агентов «Штази» они приветствовали фразой «Добрый вечер, товарищи»), с крыши высотного дома рядом с вокзалом, с колокольни протестантской церкви на Тредлинринг. Ханс-Йоахим Фридрихс, ведущий новостей на первом канале западногерманского телевидения, предваряя день спустя показ отснятого ими материала, сказал: «Эти кадры предоставила нам итальянская съемочная группа, побывавшая в понедельник в Лейпциге…»

Врагом государства Арам Радомски, как и многие другие, стал после того, как подвергся с его стороны незаслуженным репрессиям и преследованиям.

Карл-Хайнц Баум

Vor der Montagsdemonstration am 9. Oktober 1989 ist die Lage in Leipzig gespannt. Es wird das Schlimmste befürchtet. Westkorrespondenten ist der Aufenthalt in der Stadt verboten. Mit einer Videokamera baugleichen Typs filmen Aram Radomski und Siegbert Schefke den Tag der Entscheidung in Leipzig.
source: Robert-Havemann-Gesellschaft/Frank Ebert
Blog aufrufen
Kontakte aufrufen
zum Seitenanfang